Гайки из Хлеба

 

В душном зале с узкими высокими окнами невыносимо пахло пόтом. За столом, покрытым выцветшей бордовой скатертью с облезлой бахромой, сидел человек в синей мантии и не менее синей тюбетейке. Это был судья. Над верхней губой его красовался мутноватый прыщ, притом таких размеров, что судье было трудно дышать.

Напротив сидел миловидный человек, на вид лет тридцати от роду, с маленькой противной бородкой, и круглыми очками в чёрной роговой оправе. Наверное, это был представитель обвиняющей стороны. На его шее тоже торчал немалых размеров прыщик. На самом деле, если присмотреться, у всех находящихся в зале где-нибудь имелся такой прыщ.

Человек в синей мантии стукнул молоточком по столу, и промямлил себе что-то под нос. Все присутствующие встали, потом сели, выждали паузу, и речь взял обвинитель. Он говорил горячо, но несколько гнусаво, его слова неприятно втекали в уши присутствующим. Наш герой, то есть обвиняемый, спокойно сидел на своём стуле и слушал, а точнее – только слышал, потому как был очень занят изучением огромного белёсого прыща, вскочившего у него на носу. Обвинитель всё говорил и говорил, судья сурово сопел, а остальные присутствующие уж начали засыпать. И вдруг, когда обвинитель подошёл к обвиняемому, тот неожиданно чихнул и схватился за нос, при этом прыщ, очевидно, не выдержав давления аргументов обвиняющей стороны, низвергнулся на представителя оной потоком гноя.

Обвинитель на миг опешил, но не растерялся, и, сверкнув глазами, ухватился за прыщ у себя на шее, и ответил обвиняемому не меньшей по силе струёй продуктов распада, вместе с ним обрызгав и нескольких зрителей.

События развивались стремительно. Скоро весь мирок, представленный залом суда и его обитателями, превратился в гнойную размазню. Все без исключения, пользуясь накопленной желчью, обливали своих противников, приятелей и просто соседей. А пока они были заняты гноевой бойней, наш герой в своём когда-то чёрном пальто и лакированных ботинках, распахнув двери зала суда, промчался тёмными тесными коридорами к выходу и выбежал на улицу, на солнце, на воздух, на свободу.

 

Liar 2000