Алекс, Юстас и подсознание

 

В глубоком осклизлом колодце, пропахшем тиной и плесенью, Алекс нашёл свою смерть.

Она лежала ничком, прикрыв бледные ноги длинным саваном, похожим на старомодную ночную рубашку.

- Эээй, - тихонько позвал её Алекс. Голос прозвучал неожиданно хрипло – словно горло само превратилось в засохший колодец.

Смерть лежала совсем неподвижно. Её седые длинные волосы кое-где прилипли к грязному дну колодца. Руки она убрала под себя, очевидно, сложив на груди.

Алекс коротко глянул наверх. Оттуда в каменную трубу колодца проникал казавшийся ослепительным свет пасмурного апрельского дня, а иногда доносились далёкие звуки: отрывистый вороний грай, меланхоличное бибиканье случайных автомобилей. В самом же колодце монотонно позвякивала тишина, которую было непросто нарушить.

- Эй, - повторил Алекс, присев на одно колено и осторожно потрогав свою смерть за плечо рукой. - Ты живая вообще?

- Отстань от меня, - басовито прогудела смерть, по-прежнему не шевелясь.

Алекс поднялся и неуверенно пожал плечами.

- Я пойду тогда, - произнёс он, оглядываясь. Смерть молчала.

 

Алекс вылез из люка, спугнув размышлявшую о чём-то ворону, машинально отряхнул пальто, разглядывая повисшие над ржавыми крышами тучи, и вдруг рассмеялся.

- Такая штука... что даже рассказать некому, - усмехнулся себе он под нос, быстрым шагом направившись в сторону города.

 

Тем временем Юстас по телефону травил душу одной их общей знакомой:

- Вот один чувак всю жизнь перебивался с хлеба на водку, голодал, искал работу, не искал работу, не находил себе места, болел, старел, умирал... а другой – пробился, добился, исхитрился, обогатился, зашибал офигенные бабки, коллекционировал роскошные тачки, трахал востребованных манекенщиц, переваривал только дорогие продукты, старел, умирал... знаешь, чего у них общего? Они ничего в своей жизни не сделали нужного, только небо чуток закоптили. Копчёное небо - вот что от всех остаётся. Озоновые дыры и глобальное потепление!

Он вытер трубку и рот рукавом и продолжил:

- И от нас с тобой, Катька, ничего не останется. Хорошего. Мы даже землю собою не удобрим – столько дерьма всякого в жизни наелись, что хоронить нас надо в специальных пакетах, а то окончательно подорвём экологию!

- Хорошо, хорошо! – жалобным голосом прервала его Катька. – Я приду к тебе на ночь, жди меня через час.

Повесив трубку, Юстас довольно потёр свои чистые руки. Вечер складывался удачно!

 

Звонок гулко встряхнул пыльный воздух в прихожей. Юстас открыл дверь, и сразу почувствовал себя невезучим кладоискателем – за нею был Алекс. На светлом челе его прямо под носом смутно виднелась усталая полуулыбка.

- Здрасте, - выдавил из себя Юстас.

- Привет, - сказал Алекс, чуть смяв улыбку. – Что-то вид у тебя нерадостный! Ты как вообще?

Юстас поморщился и с расстановкой ответил:

- Ты даже не представляешь, как сексуально я озабочен. Сижу. Катьку жду. А тут – как назло – ты!

- А я смерть сегодня встретил. И потом мне снова подумалось, ну, знаешь, как это бывает в таких ситуациях – вдруг показалось, что я в подземелье каком-то, сижу взаперти в замкнутом пространстве, вместо того, чтобы выйти на волю! И сразу же страшно захотелось освободиться. Сделать что-нибудь новое, шаг вправо там, влево… такая вдруг тяга к жизни включилась! Я даже курить не хочу теперь, и вообще брошу – не ради здоровья, а в знак новой силы. Силы воли. Воли в смысле – свободы.

- Оптимистично, - похвалил его Юстас. – Лично я, когда меня смыслом жизни грузит, предпочитаю быть с женщиной. Типа, потрахаешься, и сразу отпускает. Хорошо!

- А меня – наоборот, снова грузить начинает, - огорчённо припомнил Алекс. – Опять начинаются мысли о том, что всё это сиюминутно, бессмысленно, суетно…

Они помолчали, глядя в противоположные стороны. В самом низу подъезда певуче скрипнула входная дверь. Юстас вдруг криво улыбнулся.

- Наверное, дело в том, что мы говорим это вовсе не как Юстас и Алекс, - с иронией произнёс он. – А совсем как другие персонажи, однозначные и узнаваемые.

- Какие персонажи? – поднял брови Алекс.

- Эрос и Танатос, мой друг, Эрос и Танатос, - ответил ему Юстас, сардонически улыбаясь.

И что-то такое странное проникновенно скользнуло сквозь них, оставляя загадочный след на изнанке сознания.

 

03.2006